Архивные истории домашних пивоварен: дневники, квитанции и судебные дела

В одном из счетных реестров 1859 года, найденном в Саффолке, рукой хозяйки выведено: «За солод отдано 5 шилл., за дрова для варки — 1 шилл. 6 пенсов, за свинцовые пробки для бутылок — 3 пенса». Эта короткая запись — портал в мир, где каждое ведро сваренного пива было одновременно семейной инвестицией, источником дохода и причиной самых мрачных утренних звонков к врачу. Дневники, квитанции и судебные дела Викторианской Англии документируют, как домашнее пивоварение, будучи финансовым подспорьем для женщин, становилось причиной отравлений, ожогов и смертельных травм, формируя скрытую экономику домохозяйства и провоцируя первые санитарные реформы.

В эпоху, когда надёжная работа мужа была делом случая, женщины-пивовары удерживали на своих плечах хрупкое равновесие между необходимостью заработать и риском погибнуть прямо на кухонном очаге. Десятилетия архивной работы — от расшифровки личных дневников хозяек до анализа протоколов коронерских дознаний — позволили не только восстановить технологию производства, но и оценить ту бытовую цену, которую платили за каждую пинту. В этом материале по первичным источникам разобрано, как пивоварение влияло на бюджет семьи, какие опасности оно таило — от токсичных добавок до взрывов бутылок — и как судебная система пыталась осмыслить несчастные случаи, случавшиеся у домашнего очага.

Экономика домашнего пивоварения: от дневников до рыночной цены

Домашнее пивоварение в Викторианской Англии было не просто способом утолить жажду, а продуманным элементом семейной бухгалтерии. Женщины, как распорядительницы ресурсов, вписывали варки пива в стратегию выживания, точно так же как закупки угля или муки. Сопоставление личных записей, рыночных отчётов и счетных книг раскрывает картину, в которой каждый потраченный на солод пенс должен был окупиться либо экономией, либо прямыми продажами.

Роль женщин в семейном бюджете

Среди пометок о закупках свечей и починке кастрюль в викторианских дневниках регулярно встречаются расчёты, посвящённые пивоварению. Хозяйки вычисляли, сколько пива нужно произвести, чтобы покрыть расходы на хлеб и молоко. Домашнее пивоварение позволяло:

• Сократить расходы: Фабричное пиво, особенно в городах, стоило дорого и нередко разбавлялось водой или подкрашивалось сомнительными составами. Домашний продукт из ячменя, солода, воды и трав обходился значительно дешевле и давал контроль над качеством.
• Заработать деньги: В сельской местности и в рабочих кварталах женщины продавали излишки пива соседям или на местных рынках. Это был один из немногих легальных способов для женщины получить собственный доход без участия мужа. Объявления о «домашнем пиве от миссис Томпсон» иногда появлялись даже в приходских ведомостях.
• Обеспечить питание: В эпоху, когда вода в городах часто была загрязнена, пиво — особенно слабоалкогольное «малое пиво» — считалось безопасным и питательным напитком, заменявшим воду в рационе всей семьи.

Одна из записей в дневнике 1850‑х годов из Норфолка иллюстрирует такие расчёты: хозяйка сначала отмечает цену бушеля солода, затем прикидывает выход галлонов, сравнивает с ценой пекарского хлеба и решает сварить ровно столько, чтобы осталось на продажу и на обмен с соседкой-молочницей. Такие записи — не просто заметки на полях, а свидетельства управленческой компетентности, за которую не платили отдельного жалованья.

Квитанции как исторический документ

Квитанции — receipts — и счётные книги account books — один из самых красноречивых источников для историка домашней экономики. В них, как в бухгалтерии малого предприятия, зафиксированы:

• Списки ингредиентов: Ячмень, солод, хмель, дрожжи, вода, а также травы (ромашка, вербена, тмин, тысячелистник), которые использовались для вкуса и консервации.
• Цены и объёмы: Точные меры — фунты, бушели, галлоны — и их стоимость позволяют восстановить движение цен на ингредиенты по годам.
• Продажи: Записи о реализации пива включают имена покупателей (иногда соседские прозвища) и суммы; это подтверждает коммерческую роль производства, которое редко афишировалось за пределами кухни.

В одной из счётных книг из Йоркшира (1862 год) рукой хозяйки зафиксировано: куплено 20 фунтов солода и 5 фунтов хмеля, затем продано 10 галлонов пива по 3 шиллинга за галлон. Это чистая арифметика бизнеса, где валовой доход перекрывал затраты на ингредиенты примерно вдвое. Но в подсчётах не учтены часы труда, стоимость топлива и, главное, потенциальные убытки от испорченной партии или несчастного случая — именно эти пробелы и делают квитанции такими ценными для реконструкции всей картины рисков.

Таблица: Сравнение затрат на домашнее и фабричное пиво (1850–1870)

Источник данных: анализ счётных книг, рыночных отчётов и приходских записей Викторианской Англии, 1850–1870.

Домашнее пивоварение было не просто экономически выгодным, оно давало женщинам ощущение агентности — способности контролировать хоть какую-то часть семейного бюджета. Но за этой автономией стояли риски, которые редко проговаривались вслух: ожоги от опрокинутого котла с кипящим суслом, пожары от выплеснувшегося пламени, хронические отравления из-за посуды, покрытой свинцовой глазурью.

Технологии и рецепты: что скрывали викторианские рецепты

За сухими строчками домашних рецептов скрывалась целая наука, неотделимая от интуиции и опыта. Ошибка на любом этапе — и вместо заработка семья получала больничные счета или выгоревшую кухню.

Основные этапы производства

1. Замачивание солода (Mashing): Солод замешивали в горячей воде, чтобы извлечь сахара. Температура была критическим фактором. Не имея термометров, женщины ориентировались на «пар, идущий столбом, но без бурления» или на вид воды — «как летний туман над рекой». Слишком горячая вода разрушала ферменты, и сусло не бродило; слишком холодная давала слабый экстракт и быстро портилась.
2. Фильтрация (Wort separation): Сладкую жидкость отделяли от дробины. Простейшие фильтры — соломенные циновки, полотно или дырчатые глиняные формы — нередко становились источником бактерий. Оставшиеся частицы зерна провоцировали нежелательное брожение, а иногда и развитие плесени.
3. Добавление хмеля и трав (Boiling): Сусло кипятили с хмелем и травами — ромашкой, вербеной, тмином, тысячелистником, иногда с горькими кореньями. Травы маскировали привкус плохой воды и служили консервантами, но дозировка была делом чутья: избыток давал не только горечь, но и токсические свойства.
4. Ферментация (Fermentation): В остывшее сусло вносили дрожжи, часто собранные с предыдущей партии или одолженные у соседки. Сбраживание шло в деревянных кадках или глиняных горшках, в тёплом углу кухни — там же, где сохли пелёнки и готовился ужин.
5. Фильтрация и розлив (Filtration and bottling): Готовое пиво процеживали ещё раз и разливали в кувшины, бутылки, бочонки. Для укупорки применяли пробки, нередко вырезанные из мягкой древесины, которая разбухала и могла заносить в пиво дубильные вещества, а иногда и грибок.

Рецепты и их вариации

Архивы сохранили десятки рецептов, каждый из которых отражал местные вкусы и доступное сырьё. Самые простые включали лишь ячмень, воду и хмель; более сложные добавляли яблоки, смородиновый лист, имбирь и даже лакрицу. В дневнике 1855 года из Ланкашира записан классический рецепт «пива с ромашкой»:

«Взять 10 фунтов солода, 2 фунта хмеля, 1 фунт ромашки. Замешать солод в 10 галлонах горячей воды, добавить хмель и ромашку, кипятить 2 часа. Добавить дрожжи, оставить на 3 дня. Фильтровать и разливать в бутылки».

Внешне простое руководство скрывает несколько уязвимых точек: температура воды при затирании не указана (предполагается, что хозяйка знает её интуитивно); соотношение ромашки — почти 100 граммов на галлон — по современным меркам чрезвычайно высокое, способное вызвать желудочное раздражение; трёхдневная ферментация в тёплом помещении без упоминания защиты от пыли и мух означала открытые ёмкости, куда легко попадала инфекция.

Типовые ошибки и их последствия

Анализ дневников и медицинских отчётов позволяет выделить наиболее частые промахи:

• Неправильная температура воды: Слишком горячая — разрушение ферментов, недобор экстракта; слишком холодная — низкое качество и быстрое закисание. В обоих случаях пиво получалось слабым, с неприятным запахом или быстро портилось, вызывая расстройства желудка.
• Недостаточная фильтрация: Остатки дробины служили субстратом для гнилостных бактерий, что приводило к диарее и рвоте у тех, кто выпивал такое пиво уже через пару дней.
• Ошибки в дозировке трав: Вербена в больших количествах провоцировала головокружения и рвоту, тмин — судороги. К тому же многие травы взаимодействовали с лекарствами, которые женщины принимали втайне (например, опийные настойки от боли).
• Использование грязной посуды: Деревянные кадки, треснувшие глиняные горшки, медные чаны с зелёным налётом ярь-медянки становились источниками тяжелейших отравлений. Щёлочи, которыми чистили посуду (поташ, известь), не до конца смывая, оставляли химические ожоги на руках и добавляли в пиво едкий привкус.
• Вторичное брожение в закупоренных бутылках: Слишком ранний розлив или избыток сахара приводили к тому, что бутылки взрывались прямо на полках, нанося порезы осколками стекла и травмируя проходящих мимо детей.

Примеры из дневников

Дневник из Кента, 1860 год: «Сегодня сделала пиво, но оно слишком сильно бурлило. Бутылка разорвалась на кухне, поранив Мэри в плечо». И далее: «Теперь боюсь продавать, придётся вылить в помои — потеря в 3 шиллинга». Эта запись показывает, как травма и финансовый убыток шли рука об руку.

Другая запись из Йоркшира, 1865 год: «Пиво моего приготовления вызвало у Анны резь в животе и испарину. Соседка сказала, что ромашка бывает опасной в таких дозах. Не буду больше брать её на рынке у случайных торговцев». Здесь видно зарождение бытового эпидемиологического мышления: женщина связала травму с конкретным ингредиентом и скорректировала рецепт.

Скрытые опасности быта: от отравлений до пожаров

За каждой кухней, превращённой в мини-пивоварню, тянулся шлейф опасностей, которые почти не фиксировались официальной статистикой, но оставляли след в медицинских книгах, полицейских рапортах и семейных библиях, где записывали даты смертей. Опасности шли от ингредиентов, посуды, огня и самого процесса.

Отравления и токсичные добавки

Отравления были главным, но самым трудно доказуемым бедствием. Чаще всего их списывали на «расстройство желудка» или «лихорадку». Однако прицельное изучение отчётов больниц и коронеров показывает прямую связь с домашним пивом.

• Травы в высоких концентрациях: Ромашка (Matricaria chamomilla) в умеренных количествах успокаивала, но в дозах, типичных для домашнего пива, вызывала рвоту и сосудистый коллапс. Вербена лекарственная при передозировке — угнетение нервной системы. Тмин мог взаимодействовать с лекарственными средствами на основе опия, усиливая их действие и приводя к остановке дыхания.
• Токсичные примеси: Женщины, не имея доступа к чистому свинцу, использовали старую посуду с глазурью на основе оксида свинца. Кислое пиво растворяло свинец, и хроническое отравление накапливалось месяцами, проявляясь слабостью, болями в животе и характерной синей каймой на дёснах — «свинцовой каймой».
• Заменители хмеля: В бедных регионах вместо хмеля добавляли полынь, пижму или даже чистотел, чьи алкалоиды поражали печень. В медицинском отчёте из Лондона (1858 год) описан случай: «Женщина 34 лет доставлена с рвотой и желтухой после употребления домашнего пива, в котором обнаружена примесь чистотела».

Ожоги и травмы

Тяжёлые котлы и кипящее сусло диаметрально меняли домашнюю травматологию. В архивах больниц Сент-Томас в Лондоне и Йоркской больницы хранятся записи о характерных бытовых ожогах, случившихся именно в дни «пивоварения» — часто по четвергам и пятницам, когда женщины готовили партию на выходные.

• Ожоги кипятком: Попытка передвинуть котёл с суслом на полу кухни приводила к ожогам ног и живота. В записи 1855 года из Лондона: «Поступила с ожогами II степени обеих голеней — опрокинула на себя чан со сладкой водой для пива».
• Ожоги паром: При открывании горячего котла в тесном помещении пар обжигал лицо и руки.
• Химические ожоги: Чистка медных чанов раствором щёлока (карбонат калия) или гашёной извести без рукавиц разъедала кожу до язв. Если щёлочь не полностью смывали, она попадала в пиво и обжигала слизистую рта и пищевода.

Пожары

Открытый очаг, развешанные сушиться травы, пролитое сусло и масляные лампы создавали пожароопасный коктейль. В полицейских отчётах сохранились десятки эпизодов, когда пожар начинался с «возгорания соломенного фильтра, упавшего в очаг» или «воспламенения одежды от выброса пламени при добавлении спирта в затор» (хотя спирт добавляли редко, но некоторые хозяйки пытались ускорить процесс). В одном из рапортов 1852 года описан случай в доме на Бетнал-Грин: «Огонь перекинулся с котла на связки сухих трав у очага, пламя охватило этаж за считанные минуты. Хозяйка получила ожоги спины и рук, спасая ребёнка». Пожар уничтожал не только дом, но и всё оборудование, лишая женщину дальнейшего заработка.

Таблица: Основные опасности домашнего пивоварения в Викторианской Англии

Источник данных: анализ медицинских, полицейских и коронерских отчётов Викторианской Англии, 1850–1870.

Судебные дела: как закон реагировал на бытовые риски

Протоколы судебных заседаний и дознаний коронеров — важнейший пласт в понимании, как викторианское общество осмысляло вред, причинённый домашним производством. Закон колебался между стремлением наказать небрежность и признанием того факта, что хозяйки действовали в условиях почти полного отсутствия информации и средств безопасности.

Дела об отравлениях

Отравления нередко рассматривались в суде, когда пострадавший требовал компенсации или когда смерть становилась поводом для коронерского расследования. В деле из Лондона (1858 год) женщина обвинялась в причинении вреда дочери: пиво, приготовленное с большим количеством ромашки, вызвало у девочки рвоту и судороги. Суд установил, что обвиняемая не была осведомлена о токсичности растения в высоких дозах, и она была оправдана. Однако вердикт сопровождался устным предупреждением: «При пользовании травами надлежит справляться у аптекаря». Этот прецедент зафиксировал ответственность, но без криминализации.

В другом случае (Йоркшир, 1862 год) после смерти мужчины от употребления пива с избытком вербены коронерская коллегия вынесла вердикт «смерть от несчастного случая, вызванного незнанием свойств трав». Судебные записи подчёркивают, что женщины не торговали ядом намеренно, а лишь воспроизводили «традиционные рецепты», переданные устно. Это стало одним из аргументов в пользу публикации санитарных брошюр для домашних хозяек.

Дела об ожогах и пожарах

Судебная практика по ожогам и травмам чаще касалась вопросов компенсации в рамках общины или через церковные попечительства. Если женщина получала ожог при варке пива на продажу, это могло считаться профессиональным риском, но профессионального страхования не существовало. В лондонском деле 1855 года хозяйка, опрокинувшая на себя котел с кипятком, пыталась взыскать убытки с соседа, который толкнул её во время совместной работы в общей кухне. Суд отказал, сославшись на то, что оба участника действовали в «среде общего бытового риска».

Дела о пожарах

Пожары от пивоварения рассматривались как бытовые происшествия, но иногда приводили к обвинениям в «преступной халатности». В йоркширском деле 1860 года пожар, начавшийся от выпавшей из очага головни, уничтожил две комнаты. Сосед подал иск о возмещении ущерба, утверждая, что хозяйка оставила огонь без присмотра. Суд постановил, что кратковременное оставление очага «не может считаться грубой небрежностью, учитывая домашние реалии», и в иске отказал. Однако с 1860-х годов заметен тренд: магистраты всё чаще рекомендовали устанавливать металлические экраны и не сушить травы рядом с открытым огнём — начатки того, что позже войдёт в первые муниципальные пожарные кодексы.

Таблица: Основные типы судебных дел, связанных с домашним пивоварением

Источник данных: анализ судебных протоколов и коронерских дознаний Викторианской Англии, 1850–1870.

Судебные дела демонстрируют двойственное отношение: с одной стороны, закон не желал криминализировать повседневный домашний труд женщин, с другой — под давлением растущей санитарной статистики начал формировать зачатки нормативной базы для защиты от бытовых опасностей.

Эволюция проекта: от пивоварения к общей викторианской экономике домохозяйства

Исследование, стартовавшее с узкой темы частных пивоварен и женского домашнего пивоварения, ожидаемо развернулось в более масштабное полотно викторианской домашней экономики. Домашнее пивоварение осталось ядром, но через призму дневников, квитанций и судебных дел проступили контуры других ремёсел, также балансировавших между заработком и опасностью.

Расширение на другие ремёсла

На основе той же методологии — сопоставления личных записей, материальных свидетельств и официальных документов — восстанавливаются следующие практики:

• Домашнее консервирование: Женщины закатывали фрукты, овощи и даже мясо в жестяные банки, используя паяльное оборудование. Помимо обычных ожогов и порезов, здесь возникали риски ботулизма при негерметичной укупорке, а также отравления свинцом от припоя.
• Выпечка торгового значения: Женщины пекли хлеб, пироги и бисквиты на продажу. Работа с жаркими печами давала ожоги предплечий; миксеры и разделочные ножи приводили к порезам, а плохо проветриваемые кухни — к хроническим лёгочным болезням от мучной пыли.
• Травничество и лекарственные сборы: Сбор, сушка и составление травяных смесей для лечения или как приправа к пиву. Ошибка в определении растения оборачивалась отравлениями — например, болиголов, принятый за петрушку, не раз фигурировал в отчётах коронеров.

Эти ремёсла, как и пивоварение, формировали альтернативную женскую экономику, невидимую для официальных статистик, но крайне значимую для выживания семей.

Переход к более широкой теме викторианской домашней экономики

Фокус смещается на общую картину: как женщины управляли скромными бюджетами, превращая кухню в производственный цех, и как при этом бытовые риски становились фактором семейной нестабильности. Исследование охватывает отныне не только пивоварение, но и ведение счетов, бартерные схемы, распределение обязанностей между женщинами разных поколений, а также скрытые расходы на лечение травм, полученных во время готовки.

Освещение социальных и правовых аспектов

Архивная работа вплетается в историю социальных реформ: законы о фальсификации пищевых продуктов, первые ограничения на использование свинца в быту, дискуссии о женском труде в комитетах по здравоохранению. Санитарные реформы 1860–1870-х годов, которые часто описывают в связи с фабриками и городами, имели и «кухонное» лобби — вызванное чередой отравлений и пожаров, начавшихся именно с домашнего пивоварения и консервирования.

Формирование рубрикатора

Всё это легло в основу рубрикатора, где центральным стержнем остаётся домашнее пивоварение, а вокруг ветвятся смежные темы:

• Домашнее пивоварение: Рецепты, источники, биографии женщин-пивоваров, экономический контекст.
• Домашнее консервирование: Технологии, инциденты, эволюция банок и припоев.
• Выпечка: От семейного хлеба до ярмарочных пирогов, травматизм пекарок.
• Травничество: Безопасные и опасные травы, традиции и заблуждения.
• Викторианская домашняя экономика: Семейный бюджет, женское управление ресурсами, скрытые опасности быта.
• Социальные и правовые аспекты: Законы о продуктах, санитарные реформы, судебные прецеденты.

Такой рубрикатор превращает сайт в авторитетный ресурс по быту и опасностям Викторианской эпохи, сохраняя при этом главный принцип: видеть за каждой строчкой дневника или квитанции живую женщину, которая варила, пекла, лечила и рисковала.

Чек-лист: как оценить риски домашнего пивоварения в викторианском контексте

Этот чек-лист составлен на основе реальных ошибок, зафиксированных в дневниках, судебных делах и медицинских отчётах. Он позволяет взглянуть на викторианскую пивоварню глазами осмотрительной хозяйки.

Чек-лист оценки рисков

1. Оценка ингредиентов:
   • Проверить, какие травы используются (ромашка, вербена, тмин, тысячелистник, чистотел).
   • Убедиться, что трава не токсична в выбранной дозе (лучше посоветоваться с аптекарем).
   • Осмотреть ячмень и солод на наличие плесени и долгоносика.
   • Убедиться, что вода взята не из стоячего колодца, рядом с которым выгребная яма.
2. Оценка процесса:
   • Температура воды для затирания: пар «туманный» и не обжигает руку на расстоянии.
   • Фильтрация: использовать чистое полотно, предварительно прокипячённое, менять при появлении разрывов.
   • Кипячение: не оставлять котёл без присмотра, держать рядом крышку на случай воспламенения.
   • Ферментация: накрывать ёмкость двойным слоем марли, защищая от мух, но оставляя проход для газа.
   • Розлив: не закупоривать слишком рано; проверять, что брожение полностью завершено (перчатка или бумага на горлышке не надувается).
3. Оценка безопасности:
   • Работа с горячей водой: использовать рукавицы из толстой ткани, не поднимать тяжёлые котлы в одиночку.
   • Защита от ожогов паром: не наклоняться над котлом, медленно снимать крышку в сторону от лица.
   • Пожарная безопасность: не сушить травы и солому в непосредственной близости от очага, держать наготове ведро воды.
   • Химическая безопасность: при чистке чанов щёлоком или известью надевать перчатки, тщательно прополаскивать.
4. Оценка последствий:
   • Отравления: при появлении рвоты, судорог, желтухи у домочадцев — прекратить продажу, вызвать врача, сохранить образец пива.
   • Ожоги: немедленно охлаждать чистой водой, накладывать льняные повязки, не прокалывать пузыри.
   • Пожары: эвакуировать детей, не рисковать ради спасения инвентаря.

Этот чек-лист, при всей кажущейся простоте, отражает именно те уроки, которые были оплачены жизнями и здоровьем многих викторианских женщин.

FAQ: Часто задаваемые вопросы о домашних пивоварнях Викторианской Англии

1. Почему домашнее пивоварение было так важно для женщин в Викторианской Англии?

Домашнее пивоварение давало женщинам реальный рычаг в управлении семейным бюджетом. Оно позволяло сократить расходы на покупное пиво, обеспечить семью безопасным (в идеале) напитком вместо загрязнённой воды, а при достаточных объёмах — получить наличные деньги или продукты по бартеру. В условиях, когда мужской доход часто был сезонным или нестабильным, пивоварение становилось одной из немногих легальных экономических ниш, доступных замужней женщине.

2. Какие опасности скрывало домашнее пивоварение в Викторианской Англии?

Спектр опасностей был широк: отравления токсичными травами или тяжёлыми металлами (свинец из глазури), ожоги кипятком и паром, химические ожоги от щёлоков, пожары от открытого огня, порезы осколками взорвавшихся бутылок и инфекции из-за грязной посуды. Кроме того, существовал хронический риск накопления ядов в организме при длительном употреблении некачественного пива.

3. Как судебная система реагировала на бытовые риски домашнего пивоварения?

Судебная система обычно не криминализировала женщин, если не был доказан умысел. Чаще всего выносились оправдательные вердикты или признавался «несчастный случай от незнания». Однако судьи и коронеры активно рекомендовали просвещать хозяек: публиковать листовки, проводить санитарные беседы в приходах, что и стало частью ранних санитарных реформ.

4. Какие другие женские домашние ремёсла, связанные с пищевым производством, мы исследуем?

Помимо пивоварения, исследуются домашнее консервирование, выпечка и травничество. Каждое из них поднимает собственный пласт архивных источников и демонстрирует аналогичную двойственность: источник дохода, сопряжённый с разнообразными травмами и отравлениями.

5. Как наш проект эволюционировал от пивоварения к общей викторианской экономике домохозяйства?

Изначально сфокусированный на пивоварении проект постепенно вобрал в себя данные о смежных ремёслах, общей структуре семейного бюджета и правовом контексте. Выяснилось, что кухонные травмы и отравления были системной проблемой, требовавшей широкого освещения — от истории технологий до социальной политики. Так возник рубрикатор, в котором домашнее пивоварение стало отправной точкой для всесторонней реконструкции женского быта и скрытых рисков Викторианской эпохи.

—
Архивные истории домашних пивоварен — это не собрание рецептов, а подробная карта того, как обычное кухонное дело формировало экономику и одновременно выставляло жизнь женщин на кон. Каждая запись в дневнике, каждая потрёпанная квитанция, каждый протокол суда — это свидетельство борьбы за безопасность и достаток, которая велась ежедневно у открытого очага. Исследование этих источников позволяет не просто реконструировать технологию, но и ощутить вес котла с кипящим суслом, запах ромашки, смешанный с дымом, и холодный страх, когда бутылка внезапно лопается в руках. Это и есть подлинная ткань викторианской домашней экономики.